История Хивы - Часть 10

Русское завоевание ( конец XIX века)

В 1860-х годах Российская Империя предприняла решительное нападение на Среднюю Азию. Это было не первым русским вторжением в Среднюю Азию. Казаки под предводительством атамана Мечая совершали набеги на Хиву во времена правления Хана Араба Мухаммада (1602-1623гг). Воспользовавшись отсутствием хана в Хиве, тысячи казаков ворвались в город Ургенч, разграбили жителей и попытались увести тысячи молодых пленников обоих полов. Однако, по возвращению, Араб Мухаммад настиг казаков и уничтожил их.

Некоторое время спустя другой казацкий отряд, под руководством атамана Шамаем совершил набег, который также оказался неудачным. Калмыки схватили атамана, а хивинцы уничтожали его казацкий отряд. В начале семнадцатого столетия, Пётр I, пытаясь установить торговые отношения с Индией через Азию, сделал попытку проникнуть в Хиву, однако, более важные правительственные дела отвлекали его от похода на Хиву. Позже, Кожинапас, известный хивинский торговец во время своего визита к Петру I в России в 1713 году, сообщил царю, что нижнее течение Амударьи наполнено золотой песком. Пётр I снарядил две военные экспедиции. В 1715 году первая экспедиция, возглавляемая полковником Буххолчем направилась из Западной Сибири в верхнее течение Сырдарьи, но не нашла там никакого золота. В 1717 году , вторая экспедиция, возглавляемая Александром Бековичем-Черкасским, кабардинским князем была отправлена в Хиву с дружеским предложением, как демонстрация покровительства.

Секретный план заключался в следующем:
1. Построить крепость для тысячи людей около гавани Амударьи, в районе устья реки.
2. Подыскать место рядом с плотиной для построения крепости втайне с возможностью построения ещё одного города по соседству.
3. Завоевать лояльность хивинского хана, предоставив ему российское гражданство, пообещав ему заботу и защиту его интересов.
4. Насчёт хана, соберите информацию о Бухарском хане. Если можно склоните его к дружбе, если нет – вынудите его принять российское гражданство, ханы тоже могут жить в бедности.
5. Дайте 500 гребен тысячам казакам и их драгуну. Командир должен присмотреть за казаками и должен строго потребовать людей, чтобы быть вежливым с жителями.

Бекович-Черкасский построил на западном берегу Каспийского моря три крепости. В 1717 году, Бекович-Черкасский, под дипломатическим предлогом приехал в Хиву с отрядом численностью свыше двух тысяч человек. Но его попытка проникнуть в сердце Средней Азии была сорвана, когда Хан Шергази сообщил ему, что Хива не может разместить и прокормить такое количество людей.
Несмотря на протесты своих офицеров, Бекович разделил свои войска на пять отдельных отрядов по 400-500 человек. Хивинцы тут же уничтожили почти всех их, включая самого Бековича.

Выживших, здоровых и сильных солдат заставили выполнять земляные работы. Так, план Петра I завершился бесславно.

В 1824 году военный комендант Оренбурга, генерал-майор В.А. Перовский снарядил очередную экспедицию в Хиву. Целью его похода было упразднение правления Казахского клана, заменив его тремя султанами по выбору царя. Однако, такой план возмутил казахских лидеров и степь оказала сопротивление. Воспользовавшись этими событиями, хивинский хан, Алиа-кули, к великому неудовольствию Петербурга, протянул казахам руку дружбы.

Александр I приказал Азиатскому комитету, контролирующему ситуацию в казахской степи изучить состояние дел. Узнав о союзе, Комитет решал, что «необходимо хивинцев навсегда ограничить границами Хивы; только таким образом можно достичь спокойствия и принудить подчиниться нашему киргизскому приказу». 5 августа 1825 года Александр I утвердил решение Комитета.
В 1834 году В.A. Перовский приступил к оснащению Мово-Александровсих фортификационных сооружений на северо-западном берегу Каспийского Моря. Он стал формировать укреплённую линию между Орском и Троицким, отобрав у казахов их действующие пастбища. Такая царская политика вызвала большое недовольство среди казахского населения. В 1837 году казахский народ устроил забастовку. Этот мятеж спровоцировал решение пойти на Хиву. 14 ноября В.А. Перовский вышел из Оренбурга со своим отрядом, численностью более 5000 человек, с двумя пушками и караваном из тысячи верблюдов. Но они не могли перейти границу Хивинского ханства, и, потеряв большую часть солдат и верблюдов, были вынуждены отступить. Впоследствии Алла-кули-хан освободил часть русских пленных, отправив их для заключения торговых контрактов с Россией. После неудачного похода на Хиву правительство царской России решило в отношениях с ханством использовать дипломатические пути.

В Хиву и Бухару были направлены послы, но эти дипломатические маневры не принесли продолжительный мир. В 1847году царские войска двинулись и Оренбурга и Западной Сибири к границам ханства. Однако Крымская война вынудила Россию отложить свою экспансию в Прикаспийской области. Перед решающим нападением на ханство между Министерствами обороны и внешней торговли возникли разногласия. Д.А. Малюти, Министр обороны поддерживал операцию в Средней Азии. А Вице-губернатор Горчаков осторожничал, не зная, как эти действия могут отразиться на англо-российских отношениях. Наблюдение за территорией между Амударьёй и Сырдарьёй велось не только со стороны России, но и со стороны Англии, которая скрывала свои агрессорские планы под озабоченностью о безопасности Индии. Таким образом, ханство стало точкой преткновения между Англией и Россией. Министр финансов поддержал мнение Горчакова и выступил против немедленных наступательных операций, и, тем не менее, в конце концов в этом конфликте победил Д.А. Малютин.

В 1864 году русские войска напали на Коканд и Бухару. Эти ханства были ослаблены ожесточёнными войнами и испытывали потребность в обученном контингенте. Они терпели одно поражение за другим.

К 1868 году значительная часть Коканда и Бухары была оккупирована. На тот момент неокупированной оставалась только Хива. Но её судьба уже была предопределена. Царь попытался «открыть» Хиву русским предпринимателям. В 1867 году учредили должность Туркестанского генерал-губернатора Сырдарьи и Семиреченска. И первым генерал-губернатором стал К.Ф. Кауфман.

По прибытию в Туркестан, он направил письмо хивинскому хану, выражая надежду на развитие дружеских отношений. Но хан не проявил никакого интереса к расширению экономических и политических отношений со своим могущественным соседом. После того, как он не ответил на письмо, осенью 1863года ему было отправлено новое письмо в более резких тонах и намёком о такой же судьбе, выпавшей на долю Бухары и Коканда, которых заставили «жить мирно» и «поддерживать добрые соседские отношения».

Какими бы дипломатическими не были усилия генерал-губернатора, хивинский хан не отреагировал на них. Тогда К.П. Кауфман готовился к нападению на Хиву. Его решение поддержал оренбургский генерал-губернатор и депутат Кавказа Н.А. Крижановский . Первые войска из Кавказского военного отряда, возглавляемые полковником Г. Столетовым высадились на западном берегу Каспийского моря около Красноводского залива Там, они обосновали город Красноводск, используемый как плацдарм для будущих атак с запада на Хиву. В начале 1870 года К.П. Кауфман начал открытую подготовку к нападению на Хиву, однако под давлением Министерства иностранных дел, на специальном собрании решили, что нападение будет неразумным. В январе 1871 года К.П. Кауфман получил приказ укрепить устье Ирекбей по пути к Хивинскому ханству. Одновременно вокруг Хивинского ханства было образовано кольцо. Тем временем, генерал-губернатор продолжал оказывать на Мухаммада Рахим Хана II дипломатическое давление, требуя открыть Хиву для русской торговли и не облагать налогом казахские племена, принявших русское гражданство.

Но хивинские правители отклонили эти требования и выдвинули свои собственные: При осуществлении своей политики в Средней Азии Россия не должна уничтожать независимое Хивинское ханство.

После завоевания Ташкента и Самарканда, и заключения соглашения с Кокандским и Бухарским ханствами, Россия обратила своё внимание на Хиву, ставшей прибежищем для всех оппонентов Российской Империи. Понимая это, хивинский хан попытался начать переговоры с Петербургом, в обход Туркестанского генерал-губернатора. Одновременно хан отправил второго посла к генерал-губернатору Кавказа. Однако все его усилия оказались напрасными.

Хан также направил посла и вице-губернатору Индии, но переговоры не принесли ожидаемых результатов. До ноября русская армия не имела возможности разработать стратегию по Средней Азии из-за своего постоянного соперничества с Англией. Теперь же судьба хивинского хана была предрешена.

23 февраля 1872 года на специальном собрании, созванном под председательством Министерства обороны, генерал-губернатора Туркестана и Оренбурга и начальника штаба по делам Азии окончательно утвердили их планы. Задача руководителей военной компании заключается не включение Хивы во владения России, а просто заставить её подчиняться их требованиям. К.П. Кауфмана не устраивал такой приказ, и перед началом наступления в 1872 году в своём письме в Министерство обороны он пишет, что «последние приказы по Хиве компрометируют меня перед этими ханами».

Все попытки генерал-губернатора получить разрешение на присоединение Хивы к России, правительство отклоняло. Ему пояснили, что Россия не хочет создавать напряжение в дипломатических отношениях с Англией.

Своим решением «не держать» Хивинское ханство, правительство хотело показать, что у него цель не захватить, а просто «изолировать» Хивинское ханство. 12 декабря 1872 года Александр II одобрил решение. В своём сообщении Милютину он писал «суть плана операции, оговоренной соглашением между Министерством обороны и руководителями областей, заключается в нападении на Хивинское ханство с двух сторон: с востока силами Туркестанской армии и с запада объединённым отрядом оренбургских и кавказских военных сил».

В этот период жизнь в Хивинском ханстве была чрезвычайно трудна. Духовенство и феодальные руководители ханства, возглавляемые Матмуратом, требовали от хана Мухаммада Рахима хана II принять решительные меры против России; однако, купцы, торгово-ремесленные слои населения Хивы, заинтересованные в развитии экономических отношений с Россией, поддерживали противоположную позицию. Они пытались подсказать пути мирного урегулирования отношений между Россией и Хивой.

Доводы же Матмурата оказались убедительней, и Хива начала готовиться в войне. В феврале 1873 года войска из Оренбурга, Орска и Уральска под командованием генерала Верёвкина пошли на Хиву. А в марте другой отряд из Джизака и Казалинска под командованием генерала Головачёва также пошли на Хиву. В этом же отряде был и сам генерал-губернатор К. П. Кауфман. В марте и апреле того же года к операции присоединились ещё два других отряда из Красноводска и Мангышлака. В мае отряд из Мангышлака объединился с войсками Верёвки. Отряд из Красноводска не сумел перейти границу ханства из-за отсутствия воды и неэффективного планирования, тем не менее, России удалось собрать против Хивы армию, состоящую из 13 000 человек и пятидесяти шести пушек.

Хан Хивы и его вассалы, считали, что ханство и Амударья неприступны со стороны Кызыл-кумов (Туркестан) поэтому только крепости в северной части страны были полностью оборудованы, а крепости Ак-Калия и на озере Дау-Кари - частично. А на западной и северной границах ханства не было оборонительных крепостей; внешние войны и внутренняя политика ослабили вооруженные силы страны.

Ядро оборонных сил состояло из наукарга, сформированного из членов народного ополчения, каждый туркменский всадник, использованный во время войны, был экипирован и вооружён с расчётом защиты одного участка сельскохозяйственных земель, площадью в тридцать - пятьдесят табард. Они назывались атлигами, от слова от (лошадь) и атлиг(всадник) и были освобождены от государственного налога в обмен на военную службу.

К.П. Кауфман и Веревкин перешли границу ханства, так и не встретив серьёзного сопротивления, и к концу мая подошли к стенам столицы. Хивинский наукарг выставили против войск Верёвкина. В ответ Веревкин пошёл в яростное наступление на Хиву. 28 мая хан в сопровождении Матмарата и ещё других десяти туркменов покинул Хиву. Тогда ханом провозгласили младшего брата Мухаммада Рахима , Атаджана Туру, а эмир Ал-Умара – его регентом. Но хивинцы не позволили настоящему хану войти в город. Пока Хива пыталась найти правителя, некоторые фракции вступили в переговоры с русскими. Генерал Веревкин стремящийся отличиться в бою, воспользовался задержкой, чтобы спланировать драматический захват Хивы штурмом, взорвав гранатой ворота, генерал действовал так, как будто его войска сражались в битве за город. Затем, когда отряд К. П. Кауфмана становился в колонну, его войска были уже в противоположном конце города и проводили торжественный вход в город. Так, Верёвкин заявил, что он был завоевателем Хивы, а его войска могли быть награждены за выполнение задачи.

28 мая в 2 часа объединённые царские войска вошли в ворота Хазарасп и генерал К. П. Кауфман потребовал от хана провести реформы, пообещав оставить его у власти.

Русские приступили к своему плану подчинения туркменов ханству. 1 июня Атаджан Тура пишет письмо Хансеиду Мухаммаду Рахиму 11, сопровождя его приказами Кауфмана . Он просит его вернуться в Хиву и оставаться на троне. Получив письмо и «уверенный, что русские не убьют его и не сошлют в Сибирь» хан решил сдаться царским войскам. Он пришел вместе со своим младшим братом Мурад-Турой, диван Матмурадом и другими членами правящей клики. Кауфман встретил его «обнажив голову Российской империи».

Ещё до окончания лета Кауфман вынудил хана подписать договор и создал руководящий совет. Хан Хивы вынужден был согласиться на отказ от всех отношения с соседними владениями или ханствами, и не заключать торговые соглашения и другие пакты, без получения предварительного разрешения от высших русских властей в Средней Азии. Более того, хан не должен проводить никаких военных операций. Это позволяло русскому правительству контролировать не только все действия хана, но и внутренние дела ханства. Границы ханства также определялись договором: Хива владела правым берегом реки Амударьи, хан должен был выплатить компенсации за все убытки и предоставить прежним землевладельцам земли на левом берегу реки. Согласно договору «пароходы и другие суда из России, как государственные, так и частные, могут свободно проходить по реке Амударья. А суда из Хивы и Бухары могли проходить только с разрешения высших русских властей в Средней Азии. Эти пункты соглашения узаконивала политическое подчинение ханства с целью защиты привилегий и преимуществ русских купцов и производителей. Эта сторона договора вызывала большое недовольство влиятельных торговцев Хивы, которые заставляли хана потребовать пересмотр некоторых статей договора.

Завоевание Хивы открывало ханство для русских; договор устанавливал: «Русские купцы и караваны могут свободно передвигаться на территории ханства и пользоваться защитой местного правительства. Хан будет отвечать за обеспечение безопасности караванов и складов». Русские купцы освобождались от всех обязательств, и наделялись правом свободного проезда и торговли. Для контроля над торговыми и коммерческими операциями хивинцы имели право иметь собственных агентов (караван-баш). Относительно спорных ситуаций в торговле: Хивинское ханство должно было изучить жалобы и претензии русского гражданина и, если они обоснованные, заверить их». В случае исков между русским и хивинцем, если они поданы на территории ханства, то дело передаётся на рассмотрение русскому чиновнику. Правительству хана вменили выполнение различных судебных функций по вопросам, связанным с русскими. Например, в случае преступлений против российского гражданина, совершенных на территории ханства, правительство хана обязано было схватить и передать преступника ближайшему русскому должностному лицу».

Наконец, согласно договору Хивинское ханство обязано было покрыть все расходы, связанные с военной кампанией на Хиву. Договор Кандиман являлся результатом открытой агрессии и колониальной политики, проводимой царским самодержавием. Однако, следует отметить, что ханство и его столица получили прибыль от порядка в экономической жизни и безопасности в торговле, которым способствовало укрепление всей территории и интегрирование экономических отношений.

Завоевание ханства Россией способствовало развитию местного производства. В Туркестане строились железные дороги, связывающие важные рынки и с экономной точки зрения играли важную роль для региона. Роль Хивы как торгового города возрастала. Своей современной общественной жизнью, город привлекал людей из заброшенных и запущенных регионов, предлагая им образование и культуру. Он освобождал их от патриархальной зависимости и родового предубеждения, знакомя их новыми требованиями и особенностями, связанными с городской жизнью. Таким образом, развитие Хивы неотъемлемо было связано расширением торгово-транспортных операций; в конце столетия в Хиве действовали пять крупных и одиннадцать средних российских фирм. Там было шесть хлопкоочистительных заводов (три из которых управлялись местными торговцами) один караван-сарай, четырнадцать продуктовых и специализированных магазинов, остальные магазины принадлежали местным торговцам, склад, и транспортный офис, а также Западное общество дружбы. Большинство промышленных предприятий принадлежало русским, но были также местные производители такие как например, Аллаберганов, Аллакулов, Аминов, Курджанниязов, братья Баклавас, Самандаров и т.д. Местная промышленность также получила существенное развитие. Существовало около шестидесяти разных видов ремёсел. Город был знаменит своими мастерами-ювелирами, медниками, граверами по дереву и камню, скорняками, портными и т.д. Ремесленники были изготовителями и, одновременно посредниками своего собственного производства. Духаны (магазины) многих ремесленников одновременно служили и мастерскими.

В Хиве находилась крупная ткацкая фабрика (кархана). На ней использовался наёмный труд, в её пяти духанах работал тридцать один ткач шелковых тканей. В Хиве была также крупная красильная фабрика и маслобойный завод. Образ жизни ремесленников существенно изменился. Ремесленники, работающие ночью стали использовать масляные лампы вместо фитильных. В портняжном деле использовали швейные машинки «Зингер». Новое оборудование, используемое в производстве, сыграло положительную роль в развитии ремесла и повышении производительности труда.

Ремесленники-европейцы, приехавшие в Хиву, запустили новые мастерские с новым оборудованием.

Хивинские базары продолжали играть важную роль в экономики ханства. Была введена оптовая торговля (особенно в хлопковом производстве). Строились склады для хранения товаров российских производства. Торговый оборот с Россией вырос. Русские производители поставляли различные виды набивного ситца фирм Кокушкин, Коновалов, Соколов, Богомазов, Шереметьев и нижнее бельё из Миндавска. В девятнадцатом столетии на хивинском рынке большим спросом пользовались головные платки Якунчикова. Хива уже стала считаться промышленным торговым центром. Город поддерживал торговые отношения с Бухарой, Туркестаном, Персией и Афганистаном, импортировавшими товары, включая индиго, фарфор, различные ткани, шелк, бумагу, медицинские лекарства, чай, зерно, приправы, рис, скот, золотые и серебряные слитки, специи, свежие фрукты, сухофрукты, сахар и т.д. В начале двадцатого столетия число крупных промышленных торговых фирм стало постепенно увеличиваться. В 1900 году там было около двенадцати фирм; в 1910 году их число выросло до двадцати; в 1913году было уже двадцать две фирмы с годовым оборотом в 3 - 20 миллион рублей. В ханстве повысилась активность русских банков.

С экономическим развитием и ростом буржуазного общества, вырос и спрос на грамотность и светские науки. Начиная с 1880х годов возрос интерес к образованию. Русские туземные школы открывались по инициативе известного государственного деятеля, Палвана Мирзы баши (Комил Хорезми). Русские учителя обучали детей арифметике, русскому языку и мировой истории. Мусульманские учителя обучали по программе мактаб. Начальные школы мактаб функционировали при мечетях, где имамы знакомили детей с жизнеописанием выдающихся деятелей, обучали арабскому языку, чтобы они умели читать Коран. Продолжительность обучения составляла восемь лет.

Некоторые ученики продолжали учиться, получая среднее и высшее образование. Обучение в медресе включало богословие, арабскую грамматику, мусульманскую философию, схоластику, арифметику и геометрию. В Хиве было примерно 120медересе и 63 карханы. В мактабах и медресе обучались только мальчики. Жены имамов и учителей организовывали домашние школы для девушек из состоятельных семейств. Их учили арабскому алфавиту и Корану. Влияние духовенства в культурной жизни Хивы было значительным. Хива и Бухара были центрами мусульманской теологии. В них было девяносто четыре мечети.

Эхо революционных событий младотурков (1905-1907гг.) докатилось и до Хивинского ханства. Участились разговоры о реформировании страны, путях демократии и общественном прогрессе. Возникло движение за реформы, которое называлось джадидизм (от арабского усули-джадид – новый метод). Руководителем Хивинского джадиди был Ислам-ходжи. Джадиди это попытки со стороны либерального буржуа заменить правительство Хивы через реформы. Они не критиковали ислам или шариат, они только требовали введение новшеств в системе образования и уделять больше внимание некоторым аспектам светского образования. Буржуа Хивы также хотела прекратить миграцию русских крестьян в Хиву.

В 1906 и в 1911 годах в Хиве открылись две современные школы. Учителя в них применяли новые методы обучения, они также обучали детей принципам Корана и шариата, что практиковалось в мактабах. Однако, мусульманское духовенство отрицательно относилась к таким новым школам. Движение джадио выступало за реформу старой школы и открытие больше новых школ.